Взятки в прокуратуре: за 100 тысяч решают все

По данным Госдепартамента исполнения наказаний, в местах лишения свободы находится всего лишь два бывших прокурорских работника, осужденных за взятки. Это не значит, что другие прокуроры и следователи абсолютно безупречны. Просто тем двум не повезло — они попались. А другие умнее. И осторожнее. О таких говорят: работают в белых перчатках, по мелочи «пачкаться» не станут, от кого угодно взятку не примут, еще и десятому закажут. А у тех, кого поймают, найдутся покровители, скандал замнут, на худой конец тихо уволят задним числом, и все.

Известный российский писатель Данил Корецкий в своем нашумевшем «Антикиллере» подчеркивал: в тюремной иерархии отбывающие свой срок на зонах прокуроры составляют самую низшую, угнетаемую всеми касту. С ними особые счета не только у отпетых уголовников, но и у бывших оперов, следователей, которым там, на свободе, прокурорские вволю попили кровушки...

Но на воле многие из них живут припеваючи. И ездят не на «Тавриях», и отдыхают в красивых местах, и дачи строят — загляденье, даже люди с очень пристойными зарплатами себе такого не могут позволить.

По сравнению с другими правоохранительными ведомствами, фактов коррупции в органах прокуратуры действительно — раз-два и обчелся. За прошлый год к уголовной ответственности привлечено чуть более дюжины работников. Но это «пешки» — помощники прокуроров, рядовые следователи. Сколько человек с большими звездами на погонах, заподозренных во взяточничестве и иных некрасивых поступках, отделались легким испугом, неизвестно даже службе внутренней безопасности ведомства. Есть что скрывать?

Мы продолжаем свой антикоррупционный спецпроект — в этот раз на примере прокуратуры.

ДЕСЯТИТЫСЯЧНИКИ И СТОТЫСЯЧНИКИ

«Прокуратура — структура коммерческая, и тарифы всем известны, — говорит известный в Украине адвокат Татьяна Монтян. — Они определяются количеством денег, которые человек хочет поиметь за ее счет. Приходит человек и просит возбудить уголовное дело под левым предлогом против своих врагов. Его просят рассказать о бизнесе, которым занимается. Он рассказывает. В прокуратуре прикидывают, что к чему, и говорят: хорошо, но с тебя столько-то, в зависимости от дохода. Конкретные суммы зависят от степени беззакония. Если у врага тоже рыльце в пушку, и ему можно что-то реально накрутить, это обойдется дешевле. Если нужно вчинить полный, оголтелый беспредел — дороже. Но меньше чем за $10 тысяч и не подходи.

Есть в прокуратуре и так называемые «стотысячники» — те, кто берется решать вопросы за 100 000 «зеленых». Соответственно, обращаются к ним миллионеры, чьи доходы исчисляются цифрами с многими нолями, ибо только они могут позволить себе отстегнуть такую сумму.

Тарифы в регионах, ясное дело, другие. В «жирных» — Киевской, Одесской, Донецкой, Днепропетровской областях, Крыму — повыше, в Богом забытых Волынской и других «депресняковых» — скромнее. То есть все диктуется прибылью. И прокуроры прекрасно ориентируются, сколько примерно можно «срубить» с человека, который обращается за помощью. И это нисколько не зависит от генпрокурора. Бизнес есть бизнес.

Есть в прокуратуре и вменяемые люди, публично не демонстрирующие свои нелегитимные доходы. Кто-то считает это неприличным. Кто-то думает о перспективах служебного роста и резонно рассуждает, что щеголять роскошью, особняками, крутыми тачками — значит, привлекать к себе внимание, и предпочитает обходиться без этого, не подставляться. Они хранят нажитые праведным трудом сбережения где-нибудь далеко от Украины — так безопаснее».

ЗА ШИНАЛЬСКОГО «ОТВЕТИТ» МЕДВЕДЬКО?

Одним из самых резонансных коррупционных скандалов последнего времени стала история с заместителем генпрокурора Александром Шинальским.

Фабула, напомним, такова. Группа юристов-бютовцев во главе с нардепом Андреем Портновым (недавно неожиданно назначенным замом главы Администрации президента) уличила Шинальского в приобретении недвижимости за рубежом — в Баден-Бадене и Ницце.

По версии обличителей, Шинальский от имени возглавляемой им Украинской ассоциации прокуроров (УАП) «выбивал» у бизнесменов солидные средства якобы на благотворительные цели, которые на самом деле использовались в интересах верхушки ГПУ. Вплоть до выделения земель под строительство на Южном берегу Крыма.

Шинальский парировал, что деньги шли только на благо ассоциации, а скромное жилье за границей (с учетом того, что семья живет небедно, а супруга тоже неплохо зарабатывает, являясь руководителем и основателем фирмы «Гамбетта») купил-де на законных основаниях из-за проблем со здоровьем.

И все-таки Шинальскому пришлось уйти. Впрочем, уступив должность зама генерального Евгению Блаживскому (работал прокурором Киева), он остался у руля упомянутой ассоциации и не бросил преподавательскую работу в Академии прокуратуры.

Назначенная генпрокурором служебная проверка злоупотреблений со стороны Шинальского не выявила. С этим не согласились сотрудники прокуратуры, близкие к еще одному заму генерального и одному из реальных кандидатов на кресло генпрокурора Ренату Кузьмину (того, кстати, недоброжелатели упрекали в строительстве особняка под Киевом, но Кузьмин на это сказал, что строит его на личные задекларированные доходы). На имя Медведько было направлено коллективное письмо с требованием повторно изучить «дело Шинальского» и дать ему «принципиальную оценку».

Генпрокурор отреагировал вяло, поручив проверку... недавним подчиненным Шинальского. Те против бывшего патрона, естественно, не пошли, отнеслись к поручению формально, и на том круг замкнулся.

В ответ та же группа сотрудников, по данным «Сегодня», написала письмо самому Медведько, в котором обвинила того в покрывательстве коррупционеров.

Впрочем, срок полномочий генерального и так подходит к концу (он истечет осенью этого года). А потому вряд ли сей скандал ускорит его отставку. Ну а по поводу кандидатуры нового генпрокурора, помимо Кузьмина, называется еще одна фигура, более компромиссная — нынешний замгенпрокурора Виктор Пшонка. Он так же, как и Кузьмин, — выходец из Донецка, но с нынешним окружением Медведько у него отношения куда лучше, чем у Кузьмина.

«ИВАН ГРОЗНЫЙ» И ЕГО 6 СОТОК

Прокуратура напоминает закрытую корпорацию, куда на службу попадают лишь заранее проверенные кадры и откуда почти не вытекает даже мало-мальски негативная информация. Так считает ветеран правоохранительных органов, бывший заместитель начальника Харьковского СИЗО Владимир Ажиппо.

— Это ведомство фактически никому не подчинено и не подотчетно, — убежден Владимир Андреевич. — Если советская прокуратура находилась под жестким контролем и прессингом правящей компартии, то нынешняя украинская абсолютно бесконтрольна и никому не подотчетна.

Вспомню события не столь далекого прошлого. Почти два десятилетия, с 1968-го по 1986 год, прокурором Харьковской области был Иван Григорьевич Цесаренко. Ему дали красноречивое прозвище Иван Грозный. Недалеко от города у него был дачный участок в 6 соток. Там стояло строение площадью 10—12 квадратных метров и 2-метровым потолком. Одна половина была жилой, другая — сараем. А перекопать весной деревья он просил моего отца, с которым дружил много лет еще со службы в армии перед войной. А я помогал отцу, поэтому и знаю эту историю достоверно. И дело не в честности и коммунистической принципиальности — вернее, не в них одних. Поручить перекопать участок кому-то из сослуживцев (других контактов у него не было) Иван Григорьевич не мог: недруги, которых у прокурора области всегда немало, тут же сообщили бы в ЦК. И дом приличный он не мог себе позволить по той же причине. Такая вот «коррупция». В новейшей же истории мне неизвестен ни один факт, чтобы хоть какого-нибудь работника прокуратуры арестовали по подозрению в преступлении. Наверняка всех «замазавшихся» и «засветившихся» при этом увольняли задним числом, дело спускали на тормозах, волокитили и скрывали от огласки.

Правда, уже в независимой Украине прокурором области назначили Владимира К. Однажды он припарковал свой джип возле какого-то бутика и со спутницей зашел в магазин. А вернувшись, обнаружил пропажу борсетки, где, по слухам, было 22 тысячи долларов США. У потерпевшего не хватило духу промолчать о прискорбном факте, и потом вся харьковская милиция тащилась, якобы разыскивая преступника и украденное им богатство. Так и не нашла. Сейчас К. что-то преподает в одном из вузов...

ВЫМОГАЛ 10 000. НАКАЗАН УСЛОВНО

В минувшем году 16 прокурорско-следственных работников были привлечены к уголовной ответственности. Много это или мало?

— Большинство совершенных преступлений связано с коррупцией, — говорит первый замгенпрокурора Сергей Винокуров. — За такие действия в прошлом году к ответственности привлечено 11 сотрудников. В 2007-м было 4, в позапрошлом — 7. Борьба с позорным явлением усиливается, требовательность за чистоту наших рядов растет.

Например, помощник прокурора Згуровского района Киевской области Фещенко получил 7300 гривен за содействие в прекращении уголовного дела против одного из обвиняемых. Был уволен за проступок, дискредитирующий звание работника прокуратуры. Днепровским райсудом Киева осужден на 5 лет лишения свободы и лишением права в течение 2 лет занимать должности в правоохранительных органах с 2-летним испытательным сроком...

5 тысяч гривен требовал за прекращение уголовного преследования предпринимателя Фастовский межрайонный прокурор Ференец. Из органов уволен, осужден на 5 лет условно...

Помощник Васильковского межрайонного прокурора Литвиненко-Брюм вымогал у бизнесмена, который подделал документы, $10 тысяч за непривлечение к уголовной ответственности. После получения первой части взятки в сумме 3,5 тысяч задержан, уволен из органов с лишением классного чина и осужден условно.

Очевидно, что достаточно мягкие приговоры и условные сроки — прерогатива судов... Со стороны же руководства Генпрокуратуры к коррупционерам и взяточникам были применены максимально строгие меры, что свидетельствует о принципиальном подходе к неотвратимости наказания.

На недавнем расширенном заседании коллегии мы заслушали прокуроров ряда областей о работе с кадрами, строго спросили за упущения и недостатки, наметили меры по предупреждению негативных проявлений.

Треть злоупотреблений — на совести молодых сотрудников, чей стаж не превышает 3 лет. Это заставило улучшить подбор и подготовку молодежи, ввести конкурс, усовершенствовать порядок стажировки новых работников, глубже изучать деловые и моральные качества кандидатов во избежание разного рода «сюрпризов». Надеемся, это даст положительные результаты.

БЫЛ СЛУЧАЙ: ЗАКРЫТЬ ДЕЛО — 3 «ЛИМОНА»

Экс-прокурор Киевщины Мищенко утверждает, что взятку не взял и за это же поплатился

О суммах, которые ходят вокруг прокуратуры за решение вопросов, дает представление рассказ Сергея Мищенко, ныне народного депутата, а в прошлом — прокурора Киевской области. По его словам, за прекращение уголовного дела ему предлагали 3 млн долларов. Чем это закончилось, Сергей Григорьевич рассказал «Сегодня»:

— В 2000 году мы расследовали большое уголовное дело по бюджетным средствам, которые обладминистрация и облсовет перечисляли на конкретные фирмы, где деньги аккумулировались и обналичивались без решений сессии, — говорит Мищенко. — Речь шла о крупных, на десятки миллионов гривен, махинациях с финансовыми ресурсами. Дело возбуждал я, возложив на себя и обязанности следователя. За то, чтобы его закрыли, мне сулили 3 млн. Сулили коммерсанты, задействованные в раскрытых нами схемах воровства. Они вышли на моих знакомых, и через них повели речь о деньгах. Я отказался и денег, естественно, не взял...

Не добившись желаемого, оппоненты Мищенко нашли выход на президента Леонида Кучму. И убедили, что прокурора нужно лишить звания государственного советника юстиции III класса, которое незадолго до этого он получил. Своей цели эти люди добились — указ был переписан. Правда, за Мищенко вступились генпрокурор Михаил Потебенько, нардепы Юрий Кармазин, Петр Симоненко.

— Кучма, вняв их аргументам, ко Дню Независимости звание мне вернул, — продолжает Мищенко. — Но на этом проблемы не закончились, и из прокуроров пришлось уйти...

На уточнение, чем же завершилось дело, Сергей Григорьевич отвечает смущенно: его спустили на тормозах — в связи с изменением событий. Пропали и важные вещдоки, доказывающие вину фигурантов, изобличающие их в совершении преступлений...  

КАК ИХ ОТУЧИТЬ БРАТЬ

Уровень коррупции и взяточничества в органах прокуратуры сократится, если ликвидировать единственную «красную» зону для осужденных правоохранителей в Макошино, а их распределить в обычные колонии. Таково мнение генерал-майора милиции в отставке Игоря Кириченко:

— Брал взятки — угодишь к тем, кого сам обвинял, и узнаешь, что почем, — говорит Кириченко. — А так что бы ни совершил, какие б миллионы ни хапнул, больше пяти лет не получит — отбудет половину в зоне, где его никто пальцем не тронет. И выйдя на свободу, создаст ООО, ЗАО, возглавит его и станет жить припеваючи, — еще сытнее, чем до того...

«ПРОКУРАТУРУ НУЖНО ПОДЧИНИТЬ МИНЮСТУ»

«Чтобы побороть коррупцию в прокуратуре, нужно оставить ей только функции гособвинения, представление интересов государства в гражданских делах и подчинить Министерству юстиции, как это практикуется в развитых странах, — говорит известный правозащитник Евгений Захаров. — Сегодня прокуратура одновременно и поддерживает обвинение, и осуществляет надзор за теми правоохранительными органами, которые его готовят. Этот конфликт интересов приводит к тому, что свои функции по надзору за соблюдением законности прокуратура выполняет неэффективно. Она должна быть адвокатом от имени государства, а не органом для осуществления репрессий. А подчинение Минюсту позволит установить над прокуратурой определенный контроль».

«КРЫШИ», НАЕЗДЫ, ОТКАТЫ

По мнению опрошенных «Сегодня» прокуроров и следователей, наиболее распространенными видами коррупционных действий в их среде являются:

• совмещение основной работы с занятием бизнесом — собственным либо кого-то из близких родственников (наиболее прозрачная и наименее опасная криминальная схема, позволяющая без отрыва от производства успешно решать коммерческие задачи и делиться прибылью с вышестоящими прокурорами),

• использование служебного положения в интересах отдельных бизнес-структур и частных предпринимателей (против их конкурентов и соперников за вознаграждение начинается уголовное преследование, которое либо находит продолжение, либо прекращается — также не безвозмездно),

• вымогательство и получение банальных взяток в виде денежных средств, а также различных материальных благ от юридических и физических лиц в обмен на лояльность и мягкость при поддержании обвинения в судах (практикуется обычно на уровне районного звена),

• узаконенные и необсуждаемые поборы с сотрудников милиции, налоговой, СБУ, погранслужбы, таможни, других поднадзорных ведомств за «положительную статистику», «понятливость», «уступчивость» (могут камуфлироваться под щедрые подарки к дню рождения, а также без повода).

5 НОЖЕЙ В СПИНУ ПРОКУРОРСКОЙ КОРРУПЦИИ

Как свести к минимуму правонарушения тех, кто призван надзирать за соблюдением законов

— Внести изменения в действующее законодательство, ужесточив наказание за взятки и другие коррупционные действия вплоть до пожизненного заключения.

— Изменить модель подготовки кадров, внедрив двухступенчатую систему по примеру стран Европы. Не брать в прокуратуру сразу после юридического вуза, а только после 1—2-летнего курса спецподготовки на базе Академии прокуратуры либо другого вуза.

— Ввести жесткий конкурсный отбор на руководящие должности в органах прокуратуры; установить стартовый возрастной ценз для претендентов — не ранее 28 лет. Резко увеличить заработную плату сотрудникам прокуратуры на всех уровнях.

— Устранить порочную практику сокрытия прокурорами преступлений и правонарушений, совершенных подчиненными, из—за угрозы санкций к их руководителям. Выявившие нечистых на руку работников должны поощряться, но не наказываться.

— Ввести широкий политический и общественный контроль (особенно со стороны СМИ) за деятельностью органов прокуратуры на всех уровнях.